Станции мимо

Станции мимо. Тени в углах.
Лица в стекле растворяются быстро.
Ночь поднимается в странных местах
С грязного пола импрессиониста.

Кто-то напьётся в соседнем вагоне,
Кто-то молчит, будто знает финал.
Город лежит на холодной ладони,
Как недопитый нами бокал.

И рельсы поют,
Как тонкая сталь.
Нам больше не больно —
Нам больше не жаль.

На каждом окне
Чья-то жизнь без лица.
Мы мчимся вперёд,
Мы играем с конца.

Станции мимо. Тени в углах.
Свет режет ночь на пустые вагоны.
Мы потерялись в чужих городах,
Где даже любовь говорит по закону.

Станции мимо. Холод в руках.
Кровь на губах, а неон на ресницах.
Если мы встретимся в чьих-нибудь снах —
Нас опознают по чёрным глазницам.

В каждом тоннеле — короткая вечность,
В каждом молчании — чей-то приказ.
Ты говорила: «Спасает беспечность».
Я отвечал: «жизнь уже не про нас».

Мы обменяли тепло на маршруты,
Нежность — на веру, а веру — на дым.
Эти последние в жизни минуты
Стали чужим расписанием зим.

Где-то над нами гудят эстакады,
Плачет реклама - забытый перрон.
Нам бы уйти, как уходят парады,
Дно оказалось всего лишь метро.

Не верь проводам, если шепчут: «домой».
Не верь фонарям — они тоже устали.
Всё, что осталось от нас под землёй, —
Это дыхание в мертвом металле.

Станции мимо. Тени в углах.
Ночь закрывает за нами вагоны.
Мы растворяемся в мутных глазах,
Как два запрещённых друг другом закона.

Станции мимо. Больше не спи.
Пусть эта линия станет последней.
Если война — это форма любви,
Нет ничего на земле откровенней.