Чужие Имена

мы повторяем движения чьих-то рук,
не зная, где кончается жест и начинается звук.

Мы растворяемся в ритме, как в полотне,
где тени танцуют на пыльной, остывшей стене.
И каждый наш выдох — случайный набросок впотьмах,
забытая истина в чьих-то чужих именах.

Мы ищем опору в сплетении пауз и слов,
в попытке проснуться от плена навязанных снов.
Но линия круга замкнётся опять у черты:
в движении — я, а в звучании — только лишь ты.

Стираются грани, и время течёт сквозь сердца,
мы ищем сюжет, у которого нету конца.
И в этом движении, ставшем сильнее, чем крик,
весь мир замирает, ловя этот призрачный миг.

Нас кружит по залу невидимый чей-то порыв,
мелодия льётся, как старый, затертый мотив.
И кажется — если на миг перестать танцевать,
мы сможем, наконец, тишину за собою призвать.

мы повторяем движения чьих-то рук,
не зная, где кончается жест и начинается звук.

Но стоит замедлиться —
пульс начинает звучать,
как будто внутри нас
кто-то продолжает считать.

И в каждом касании —
боль, не имеющих «но»,
и в каждом молчании —
то, что случилось давно.

Стираются грани, и время течёт сквозь сердца,
мы ищем сюжет, у которого нету конца.
И в этом движении, ставшем сильнее, чем крик,
весь мир замирает, ловя этот призрачный миг.

И если мы всё же
осмелимся выйти из круга
мы просто увидим,
что не было
ни меня, ни тебя, ни друг друга.